Изваяние. Песчаник. Южный Казахстан. VII-VIII вв.

2001 год является определенной вехой в истории тюркского населения Центральной Азии. 1450 лет назад, в 551 году, кочевники-тюрки, в результате удачных военно-политических кампаний против жуань-жуаней, создали свое государство - Тюркский каганат. Периоду становления культуры древних тюрков предшествовал длительный процесс развития различных культур, но основными слагающими компонентами этноса явились племенные объединения сюнну, усуней, государства которых зафиксированы в древних письменных источниках еще на рубеже эр. (Н.Бичурин, 1950)
Первое тюркское государство кочевников структурно представляло собой конфедерацию двух вполне самостоятельных каганатов с центрами на Алтае и в Семиречье. (В.В.Бартольд, 1968). У истоков вновь созданного государства стояли братья Бумынь и Истеми из племени кок-тюрков (ашина). В надписи Кюль-Тегину, принцу Второго Восточно-тюркского каганата, умершему в 732 году, приводятся имена обоих основателей: "Над сынами человеческими воссели мои предки Бумын-каган и Истеми-каган. Сев (на царство), они поддерживали и устраивали племенной союз и установления тюркского народа" (цит. по М.Барманкулов, 1999). Согласно преданиям племя ашина находилось под патронажем верховного божества тюрков Тенгри (Небо) и вело свою генеалогию от волчицы, спасшей, а по другим вариантам, принявшей самое прямое участие в их происхождении (Ю.А.Зуев, 1963).
Геополитические устремления тюрков в сторону четырех сторон света, расширение границ каганата от Тихого океана на востоке до Черного моря на западе, способствовали созданию могущественной империи кочевников в период VI-VIII вв. И уже в 568 г. в городе Тараз каган Истеми встречал послов из Византии во главе с Земархом Киликийским. В это же время к тюркам направляет посольство Персия.

Зерцало. Защитный доспех. Железо. XVIII в.

Вовлечение тюркских кочевников средневековья в процесс военно-политических, культурно-экономических взаимоотношений с окружающим миром оседлых цивилизаций, установление контактов со странами Передней Азии, Индией, Китаем в описываемый период, во многом объяснялось экономической заинтересованностью регионов и борьбой за лидерство над торговой артерией трансконтинентальной трассы Шелкового пути.
Времени появления средневековых тюрков на мировой арене исторически предшествовал яркий период взлета культур многих народов Востока, Азии и кочевники Центральной Азии стали не только свидетелями уже известных мировых ценностей, но и усваивали самые передовые достижения мировой культуры, творчески постигая их.
Последовательные периоды развития культур тюркских этносов демонстрируют как в процессе дальнейшего становления тюркских государств тюргешей, карлуков в Семиречье, уйгуров и кыргызов на территории Южной Сибири, кимаков на Иртыше, огузов на юге Казахстана, хазар на Волге, канглы и кипчаков в Дешти-Кипчаке, половцев в южнорусских степях, команов на Кавказе, сельджуков в Малой Азии, перекрещивались, взаимно обогащая друг друга, пути кочевников и земледельцев в пространственно-культурном освоении мирового пространства.
Но, постигая географические пространства, усваивая передовые достижения различных мировых культур в области духовного познания, передавая свой опыт, кочевые тюрки на протяжении столетий оставались верны своим первоначальным мировоззренческим приоритетам. Идея небесно-земного происхождения тюркского эля, сформировавшаяся на alma-mater, Алтае-Тяньшанском регионе, сопровождала тюрков всюду, где бы они ни находились, так как являлась стержневой основой самосознания народа. Представления о поднебесной горе, лоно которой породило племя тюрков, о Тенгри и Умай, наделивших их кутом (благословением), сохранялись в среде кочевников и передавались из поколения в поколение. Тенгри и Умай (другой ипостасью ее являлось божество Жер-Су) олицетворяли в сознании тюрков идею первотворения, первую семейную пару, источник жизни народа и начало начал (Ю.А.Зуев, 1998).

Саукеле - женский свадебный головной убор. Бархат, сукно, кораллы, серебро, мех. Центральный Казахстан. 40-е гг. XIX в.

Легендарные предания тюрков, сохранившиеся в различных источниках многих народов: древних китайских письменных источниках, в записках путешественников, географов, миссионеров, купцов из Аравии, Ирана, Индии, Китая, Византии и др., дошли до современности в разных вариантах, на разных языках, и на тюркском в том числе. Сами тюрки оставили после себя разнообразные памятники культуры, в числе которых большое количество надписей - эпитафий каганов, известных всему миру как Бугутская стела, памятники братьев Бильге-кагана, Кюль-тегина, мудрого полководца и советника Тоньюкока и многих других, содержащие информацию о первых каганах, которых благословило "Небо"- Тенгри. В строках из надписи Кюль-тегину образно переданы небесное предназначение и благие намерения первых тюркских каганов: "Небо благосклонно - так как на моей стороне было счастье и удача: я поднял к жизни готовый погибнуть народ, снабдил платьем нагой народ, сделал богатым неимущий народ, сделал многочисленным малочисленный народ... Я творил добро!" (цит. по М. Барманкулов, 1999, с. 156).
Одной из наиболее ярких страниц древнетюркской, тюркской культуры являются памятники рунического письма. Получившие распространение на всем пространстве Евразии от Восточной Монголии до долины Дуная тюркское руническое письмо имеет широкий хронологический диапазон и разную этнополитическую принадлежность. Впервые открытые на территории Сибири (1721-1722 гг., экспедицией Д.Г.Мессершмидта и Ф.И. Страленберга), а затем и в Монголии (1889 г, экспедицией Н.М.Ядринцева) и впоследствии дешифрованные В.Томсеном (1893 г.) и впервые изданные В.В.Радловым (1894 г.) загадочные письмена тюрков позволили потомкам приобщиться к мировосприятию кочевников средневековья.
Возникнув в период становления тюркских каганатов, памятники тюркской письменности, датируемые VI-VIII вв., продолжают существовать в пределах XI-XV вв. Язык, на котором написаны тюркские тексты, эпиграфические в том числе, называют "древнетюркским". Руническому алфавиту тюрков, предшествовало согдийское письмо. Грамота, послание от кагана, которую привез тюркский посол, согдиец Маниах ко двору императора Юстина II, в Константинополь, в 568 году, по свидетельству византийского историка Менандра, была написана "скифскими письменами". Надпись на Бугутской стеле, сооруженной при поминальном храме Таспар-кагана (572-581) сделана на согдийском языке (С.Г. Кляшторный, Лившиц В.А., 1971).
Упоминаемая стела представляет интерес еще и тем, что барельефное изображение волка (волчицы), под брюхом которого расположена фигура человека, на главной части памятника, вероятно, является подтверждением легендарного предания о происхождении тюрков. В источниках имеются и сведения о том, что знамена тюркских каганов венчали золотые волчьи головы, а телохранители назывались волками (С.Г.Кляшторный, В.А. Лившиц, 1978). Присутствие мифологических сюжетов в памятниках каганов было обычным и вполне понятным населению эпохи. К примеру, часто упоминаемый памятник Кюль-тегина, был увенчан изображением птицы, олицетворявшей, по-видимому, "небесного духа", покровителя тюрков (А. Досымбаева, 1999).
На базе согдийского алфавита была создана новая письменность, но в отличие от согдийской, она была хорошо приспособлена для фиксации на дереве и камне. Новое письмо, древнетюркский рунический алфавит - возник в тюркской среде не позднее первой половины VII в. и состоял первоначально из 37 или 38 не соединявшихся между собой знаков геометризованных очертаний (Восточный Туркестан в древности и раннем средневековье, 1992).

Шлем. Сталь, конский волос. XVIII в.

Классификация рунических памятников по региональной, историко-политической, жанровой принадлежности стала основанием для историографического изучения руники. Локализация находок памятников рунического письма в пределах культурно-политических центров древнетюркских государств, несмотря на огромный ареал распространения, облегчает их группировку. Практически все периоды истории тюркских государств нашли отражение в памятниках древнетюркской письменности. Большая часть надписей с территории Северной Монголии, Алтая, являются памятниками Восточнотюркского каганата. В долине Енисея изучены наскальные надписи и Суджинская стела периода Кыргызского каганата VIII-X вв. Ленско-Прибайкальская группа надписей являются памятниками племенного союза курыкан (VIII-X вв.). Из Семиречья (долина р. Талас) и Ферганы происходят надписи Западнотюркского каганата. Селенгинский камень, Карабалгасунская, Терхинская, Тэсинская надписи, датируемые второй пол. VIII- началом IX в. - памятники Уйгурского каганата. Восточноевропейская руника, северокавказские руноподобные знаки, деревянная палочка из Семиречья - свидетельства распространения рунического письма на территории Хазарского каганата. Подтверждением использования руники у кимаков являются надписи на бронзовых зеркалах с Иртыша.
Ярким историческим документом, непревзойденным по силе творческого содержания, иллюстрацией идеи небесного предназначения, являются памятники искусства скульптуры тюрков. По всей Евразии в средневековье кочевники-тюрки сооружали храмы - святилища в честь своих обожествленных предков, героизированных, бесстрашных воителей племен, устанавливая их в благодатных райских уголках природы с хорошими пастбищами и чистой водой. Чаще всего святилища сооружались в горах, в предгорье, в районе жайляу. Многочисленные мемориальные памятники древних тюрков с каменными изваяниями, установленными с восточной стороны прямоугольных оград, открыты и изучены исследователями на всем пространстве мест обитания тюрков, маркируя родовые территории (Л.А.Евтюхова, 1952; А.Д.Грач, 1961; Я.А.Шер, 1966; В.Д.Кубарев, 1984; А.А. Чариков, 1980; С.Г.Боталов, 1996).
В различные периоды тюркской истории типы конструкций видоизменялись, но первоначальная суть святилища, представленная в форме оград и курганов, сооруженных из камня, с восточной стороны или в центре которых воздвигалась статуя, сохранялась. В зависимости от типа конструкции, вероятно, менялось и количество изваяний, устанавливаемых на курганах, а вместе с ним и содержание обрядовых действий, сопутствующих тому или иному родовому храму.
Один из великолепных памятников-святилищ, созданный тюрками Жетысу и функционировавший на протяжении почти целого тысячелетия, чудом сохранился в горах Киргизского Алатау, в высокогорье реки Мерке, на территории Жамбылской области. Расположенный на плато Сандык, Шайсандык, Улысай, Кашкасу, в районе летних жайляу, Меркенский комплекс мемориальных памятников тюрков включает в себя целую серию разнотипных конструкций различных периодов истории тюрков. В соответствии с назначением храмов как объектов поклонения и мест проведения определенных церемоний - курганы с изваяниями кочевников занимают престижные участки микроландшафта.
Археологическими исследованиями установлены территория расположения памятников (общая площадь святилища более 250 кв. км), выявлены и изучены отдельные типы конструкций, составлена карта локализации курганов и оград с каменными изваяниями и стелами. Результаты комплексных археолого-экологических работ в местах скопления тюркских ритуальных комплексов стали основанием для включения святилища Мерке в число уникальных памятников Казахстана, предложенных в список мирового природно-исторического наследия (World natural and historical Heritage). Сведения о мемориальном комплексе Мерке заняли свою нишу и на сайте Интернета: http://hn.freenet.kz/kz/content/history/monument/merke/svyatil.htm

Каменные скульптуры святилища Мерке, установленные на курганах, изображающие мужчин и женщин с сосудами в руках и без них, высятся в поднебесных горах Киргизского Алатау, естественно вписываясь в окружающий природный ландшафт, демонстрируя гармонию среды обитания кочевников. В летние месяцы, - в пору, когда чабаны выпасают скот на высокогорных Жайляу верховий реки Мерке, долины плато оживают. Юрты чабанов, табуны лошадей, отары овец на цветущих лугах Улысая, Сандыка, Сулусая, Кашкасу совместно с древними памятниками тюрков, гармонично дополняя картину природы, окружающих гор, создают иллюзию кочевнического рая. В средневековую эпоху тюрки-кочевники представляли рай на земле именно таковым, в красивом уголке природы, с хорошими пастбищами и чистой родниковой водой. Именно поэтому они были привязаны к родной земле, которая совместно с небом дала им жизнь в горах Алтая и Тянь-Шаня, и на протяжении многих веков почитали память своих предков, воздвигая в их честь храмы, по форме напоминающие летние юрты чабанов. Присутствие памятников в долинах жайляу как будто бы одушевляет окружающий мир, напоминая о величественной эпохе державных тюрков. Такие памятники являются не только немыми свидетельствами истории, они - назидание. Другим, не менее ярким памятником кочевников тюрков средневековья является наскальное искусство. Как бы маркируя свою территорию, в горах Южной Сибири, Алтая, Восточного Казахстана тюрки оставили множество рисунков на скалах. Могущество первых каганатов, сила воинственных кочевников являлась основной темой петроглифов: воин с оружием и, как правило, со штандартом в руке, чаще всего изображался сидящим на боевом коне.
Детали защитного доспеха, предметы вооружения и сами фигуры воина и коня подчеркнуто выделялись. Комплект боевого доспеха включал в себя шлем, сфероконической или остроконечной формы, в некоторых случаях увенчанный плюмажем, в других - надзатыльником-бармицей. По изображениям на отдельных рисунках исследователями выделены и "рогатые" шлемы. Длинные "кафтаны" воинов, представляли собой кольчужный или же пластинчатый доспех. Снаряжение боевого коня состояло из седла, стремян, нагрудных и подхвостных ремней, уздечки, попоны. Материалы курганных захоронений совместно с наскальными изображениями позволили полностью реконструировать снаряжение средневекового воина и его боевого коня. (З. Самашев, 1992). В многочисленных погребальных памятниках тюрков, изученных на территории Южной Сибири (Д.Г.Савинов,1984), Алтая, (Ю.Трифонов, 1972; Б.Б.Овчинникова, 1982), Казахстана (Ф.Х. Арсланова, 1969), Кыргызстана (К.Ш.Табалдиев, 1996), Южного Урала (С.Г.Боталов, 1996) мужские захоронения сопровождались сопогребением с воином коня. Особое отношение к образу батыра и его коня, выступающих слитно в качестве равноправных партнеров, подчеркнуто во всех памятниках материальной и духовной культуры тюрков. Парность этих образов подчеркивается и средствами поэтики. Батыр и конь в эпосе остаются неразлучными и после смерти: конь сопровождает хозяина в иной мир (Р.С. Липец, 1984).
Неразрывная связь между всадником и его боевым конем, воспетая в эпических произведениях, облекается в подспудную связь родства, которая сказывается в том, что предназначенный батыру конь нередко - ровесник батыра, родившийся с ним в один день. Так одновременно с Манасом родился его конь Ак-кула, Кер-оглы и его конь Гирата не только ровесники, но и молочные братья. В алтайском эпосе "Маадай-Кара", "патроном" героя Когудей-Мергена является кобылица, мать четырехухого серого жеребенка, родившегося в один день с ним и впоследствии ставшего его боевым конем (Р.С.Липец, 1984, с. 128). Связь батыра и коня настолько неразрывна, что гибель коня лишает батыра силы внутреннего сопротивления, хотя срок жизни коня биологически примерно втрое короче, чем человека. Погиб Ак-Кула, конь Манаса, и его хозяин считает, что для него все кончено - он потерял "свои крылья"; перерезали сухожилия Гирату враги Кер-оглы - и тот перестает защищаться, т.е. отдается в руки врагов; без Гирата он ничто (Р.С. Липец, с.132).
Небольшой по объему, но емкий по содержанию историко-культурный экскурс в мир ценностей тюрков, предложенный в изложенной выше статье, только приоткрывает в общих чертах завесу с необъятного и непознанного до конца феномена тюркской культуры. Культуры, которая еще в эпоху далекого средневековья являлась эталоном в системе мировых ценностей Европы, Азии, впитав в себя все передовые достижения времени. Культуры, послужившей истоком, началом многих последующих достижений тюркских народов нового времени. Сегодня важно сохранить нашу память, обогатить ее знаниями о прошлом, созидая, оберегать настоящее, а затем смело заглянуть в завтра, в новое тысячелетие, в прекрасное будущее.

Айман Досымбаева - старший научный сотрудник Института археологии и этнографии им. Маргулана МН-АН РК, кандидат исторических наук.