Кыта

Как женский лик, сияя вдалеке,
Над миром блещет солнце на восходе.
Здесь дива нет: в арабском языке
Название для солнца - в женском роде.

Заводишь речь - скажи лишь половину:
Навьешь словес - и жалкий будет вид!
Когда паук накрутит паутину,
Он в ней и сам как пойманный висит.

Хулит моих сородичей народ
За их бездарность. Это - справедливо.
Но и моя "бездарность" всех гнетет:
Мол, я не все дарю. Вот это - диво!

Ты благороден, ты умом высок,
В сердцах людей ты будишь мятежи.
Ты бесподобен! В паре кратких строк
Я о тебе сказал четыре лжи!

И в тысяче ответов будь правдив:
Лишь истина одна - для всех приют.
Один калям ста букв ведет извив,
На тысячу баранов - общий кнут.

За темнотой придет сиянье света,
Ты в этой вере будь неколебим.
Есть в этом мире верная примета:
Над пламенем всегда завесой - дым.

Когда холоп отставлен, а без зова
Являет пыл непрошеных хлопот,
Он - словно в жены лезущая снова
Супруга, получившая развод.

Далекий дым, а не манящий свет
Холодной ночью - поводырь скитанья.
Не так ли, заглушив соблазн, аскет
Находит радость в твердом воздержанье?

Я столько от друзей обид терпел
И столько бед и мук омыл слезами,
Что лучше смертный обрести удел,
Чем уцелеть и снова быть с друзьями.

Среди искусство такое есть уменье:
Оплошность скрыть, когда ошибся друг,
И похвалить при всех его раденье,
Или сокрыть отсутствие заслуг.

Я, жар души в стихи вдохнув, мечтал,
Чтоб мысль мою тем жаром зажигало.
И потушить огонь, что жег мне мысль,
Живой воды, наверно, было б мало.
О, если бы горение души
Всегда огонь свой мысли отдавало!

Учтивость привлекательней вдвойне,
Когда ее в привычку взял богатый.
Раскаянье ценней во много раз,
Когда богат и знатен виноватый.
Нет щедрости прекраснее такой,
Когда не ждут, чтоб лесть была оплатой.
А мудрый тех достойными зовет,
Чей дух - смиренья кладезь непочатый.

Не позволяй льстецам себя завлечь:
В корысти все негодники едины.
Беседуя, цени не чин, а речь:
Неважно, кто сказал, важны причины.

Со мной в походе два коня,
Но пеший я ходок:
Что кони в шахматах, они
Поднять не могут ног.
Что в шахматах, за край полей
Им не дано дорог.
Конь черный подо мной - земля,
А белый конь - песок.

Кто сокрушил в себе прибежище гордыни,
Богатства вечности даны тому отныне.
А если гордость и во мне нашла обитель,
Найдется ль для богатств другой хранитель?

Пусть в сад твоей души негодник не заглянет,
Посконный половик не скрасишь и цветком:
Навозный жук, смердя, и розу испоганит,
Нетопырю не виться мотыльком.

Два борзых пса охотились на льва.
По силе нет, как будто, в них различий,
Но пес один, принюхиваясь, ждет,
Другой - бежит, не дожидаясь кличей.
Растерзан пес, смертельно ранен лев, -
Он стал тому, трусливому, добычей!

перевод С. Иванова