Знай: затем ты вступаешь в долину Познанья,
Погляди, сколь бескрайни ее расстоянья!

Кто желал испытать той долины обычай,
Повидал там немало чудес и отличий.

Сто мильонов в том доле различных дорог,—
Им от века неведом единый исток.

Там повсюду в великом и малом — различье,
Там и высям дано и провалам различье.

Сто мильонов там путников в доле убогой
По пустыням бредут всяк своею дорогой.

Каждый путник своею дорогою горд,
Каждый странник в пути облюбованном тверд.

Одному любо то, а иным любо это, -
Всем другим безразлична чужая примета.

Дан и мухе там путь и слоновьей породе,
Джебраил вместе с мухой парят в небосводе.

Там бредет и Муса, и бредет Фараон,
Хоть несхожими были они испокон.

Там Махди и Даджалу стезя уравнится,
Хоть Мессии с ослом и нельзя уравниться!

В той долине Бу Джахл бродит вместе с Ахмадом -
Мрак кромешный с невиданным светочем рядом!

Быть порочному с добрым — закон той страны,
Правоверный и праведный с подлым равны!

Нечестивцы чтут идолов — всех понемногу,
Мусульмане верны там единому богу,

Нечестивцы своим властелином клянутся,
Правоверные — богом единым клянутся.

Этот дол не бывает различий лишен,
И различия эти в том доле — закон!

Так от века назначил пророк, нас ведущий:
Если люди идут к свету истины сущей,

И захочешь узнать, скольким быть там дорогам,
Знай: по людям число это — в равенстве строгом.

Как осадок и жидкость различны на цвет,
Так и в людях во всем совпадения нет.

Здесь властительный шах и бродяга убогий —
Каждый путь совершает своею дорогой.

Коль нутро человечье — вместилище розни,
Справедливостью в нем одолеть нужно козни.

Потому и удел разный путникам дан:
Этим — благость михраба, другим — истукан.

И явило свой разум любое созданье, —
Много разных отличий послало познанье.

Всяк на собственный лад к совершенству стремится,
Все хотят через эту долину пробиться.

И хотя в их дорогах различия есть,
Цель одна у любого обычая есть.

Но — пряма ли, извилиста эта дорога,
Далеко ли идти по ней или немного, —

Кто погиб на ней, кто запропал на дороге,
Кто меж путаных троп заплутал на дороге,

Нет таких, кто бы всех не прошел там дорог,
Нет таких, кто до цели дойти бы не смог!

Если солнце познанья — в небесном пределе,
Каждый, кто обратится к взыскуемой цели,

Путь свой прямо направить к удачам желает,
Свое золото сделать ходячим желает.

Если блещет сияньем сверкающий свет,
Для любого откроется благостный след!

Все, кто муки терпел, получали награду:
На стезе их случалось встречаться и кладу.

На стезе постиженья любое бывало, —
Много горя лихого, а доброго мало!

В чьих поступках всегда непорочность строга,
Тот законам пророка надежный слуга.

Притча

Вот, послушай-ка эту достойную повесть.
Говорят, в Индустан, в дальний путь приготовясь,

Раз попали слепцы и брели средь раздолий, —
То ль гостями, то ль связаны пленной неволей.

А потом им судьбою негаданной тут
Были посланы кров, и жилье, и приют.

Кто-то раз их задумал спросить не в обиду, —
Мол, слона вы видали, каков он по виду?

А слона-то, конечно, видать не пришлось им,
И проведать о нем тоже, знать, не пришлось им.

Каждый — кто как сумел — его тронул рукой,
И от этого только и знали — какой.

Ноги трогавший вымолвил: "Будто бы бревна".
Брюхо гладивший молвил: "Гора, безусловно!"

А один, только хобот и тронув, воскликнул:
"Узнаю я породу драконов", — воскликнул.

Тот, что трогал клыки, сообщил невпопад:
"У него лишь две кости, они и торчат!"

А потрогавший хвост — что, мол, это за штука? —
Крикнул: "Это змея, не иначе — гадюка!"

И поведал другой — тот, что голову щупал:
"Вроде как бы скала, а вершина, что купол!"

Ну а тот, что к ушам прикоснулся, сказал:
"Нету здесь ничего, кроме двух опахал!"

Все те речи внушала одна слепота им,
И хотя каждый возглас был правдой питаем,

В их речениях было погрешностей много
И различий в сужденьях о внешности — много.

А индус, что спросил их, был саном высок,
Был слонов и слоновьих повадок знаток,

Он спокойно внимал их речам небывалым,
Все рассказы прослушав, совсем не мешал им.

"Что ж, — промолвил он, — каждый ведь прав в своем роде,
Все сказали они о слоновьей породе.

И хотя говорили они невпопад,
Даже спорили, — кто же из них виноват?

Каждый молвил, что внятно его разуменью,
А увидеть слона — недоступно их зренью.

А собрать эти свойства — и слон будет целым,
И познания их будут стоящим делом!"

Все для зрячего было понятно сполна,
И признал он, что суть их речений верна.